145 лет – произведению Шарля де Костера «Легенда об Уленшпигеле и Ламме Гудзаке, об их доблестных, забавных и достославных деяниях во Фландрии и других краях».

 Историческое значение «Легенды об Уленшпигеле» Ш. де Костера огромно. Это произведение открыло бельгийцам новую родину. От этой поэмы произошла бельгийская литература.  На этом единодушно сходятся все писатели бельгийской земли. «Это первая книга, в которой наша страна обрела себя», — пишет Верхарн. «Это – фламандская Библия», — говорит Камилл Лемонье. «Это – книга родины…Широкая Шельда, несущая в своих водах частицы нации и берущая своё начало в веках…Это – вся родина…Это вчерашний день, это завтра, это вся наша история…» А Морис дез Омбио пишет: «Это – первая книга, в которой бельгийцы почувствовали вкус и аромат своей земли и своего племени. Первая – созданная нейтралитетом души. С Шарля де Костера начинается существование бельгийской литературы».  Уже из-за одного этого «Легенда об Уленшпигеле» заслуживала бы почётного упоминания в истории европейской литературы. Но она значительно больше, она – великое произведение всечеловеческого искусства.

Начало бельгийской литературы было положено рукой мастера. Журналист, бедный, безвестный, создал памятник, способный соперничать с Дон Кихотом и Пантагрюэлем. Гениальность Ш. де Костера в том, что он сумел стать орудием народных судеб. Простой случай свёл его лицом к лицу с его будущим героем, с тем, кто впоследствии воплотил дух народа Фландрии. «Уленшпигель» было название газеты, где работал Шарль де Костер по окончании университета. В течение четырёх лет созревала идея, заложенная в самом слове «Уленшпигель», и образ гнома, «смеющегося во всю глотку» обретал плоть и человеческие черты. Ибо кто такой Уленшпигель как не родной брат Полишинеля, готический Панург, один из тех героев – бродяг, обжор, плутишек, трусов, насмешников, распутников, говорунов и пустобрёхов, создавая которых угнетённый народ во все времена удовлетворяет не только свою потребность в смехе и свои первобытные инстинкты, но также и своё могучее стремление к независимости. Под именем Уленшпигеля он жил у двух очагов: германского и фландрского. Известны две его могилы: одна в Мельне, что возле Любека; другая – у подножья огромной башни в Дамме, близ Брюгге; и на обеих могильных плитах начертано: «Ulen Spiegel».

Уленшпигель в романе Шарля де Костера – фламандский Гёз, сын Клааса, искусный ремесленник, борец за свой народ и его освободитель, мстящий за народ смехом, мстящий за народ топором. Вот он: видишь его «острые карие глаза», его рот и нос, которые «точно делали две лисы, до тонкости изучившие хитрое искусство ваяния», его худобу, его неутолимую жажду, его волчьи зубы, созданные, чтобы кусаться, его прекрасное расположение духа, его грозные радости, его ветреную голову, упрямый череп, неумолимый лоб, где, как долги записана каждая обида, вплоть, до дня расплаты, его неподкупность, его жестокость. Его родина – Дамме, во Фландрии. Его эпоха – век палача Филиппа Второго и Вильгельма Молчаливого. И вместе с тем он – Фландрия всех времён. Он – знамя своего народа. Он – знамя и герб своей нации. Он не может умереть.  «Никому не удастся похоронить Уленшпигеля, дух нашей матери-Фландрии, и Неле, сердце её! – сказал он. – Фландрия тоже может уснуть, но умереть она никогда не умрёт!…»

Когда в бескрайний мир придёт
Власть обращённой Седмерицы,
Поднимет голову народ,
И в мире счастье воцарится.

Книгу писателя Ш. де Костера  «Легенда об Уленшпигеле и Ламме Гудзаке, об их доблестных, забавных и достославных деяниях во Фландрии и других краях» вы можете взять в отделе художественной литературы, ауд. 311, к. А.

Реклама