3 апреля – 230 лет со дня рождения американского писателя Вашингтона Ирвинга

21460 У въезда в усадьбу Саннисайд, близ Тэрритауна, где Вашингтон Ирвинг провёл последние годы жизни, стоят три скульптурные фигуры – Дидрих Никербокер, король Боабдил и Рип Ван Винкль – самые удачные создания фантазии писателя, до сих пор отмеченные народной памятью. При всей разности  характеров и судеб этих героев – ироничного историка-комментатора, могущественного, но незадачливого короля и простака-простолюдина – всех их объединяют свойства души, импонировавшие молодой, дерзкой нации, которой являлись американцы на заре девятнадцатого столетия, а именно – независимость и свободолюбие.  Вашингтон Ирвинг — «отец американской литературы»- родился в апреле 1783 года, когда Америка перестала быть английской колонией. У свободного народа родился национальный писатель, произведениями которого впоследствии зачитывались не только на родине, но и в избалованной изящной словесностью Европе. Их будут ценить Дж. Байрон, С. Кольридж, В. Скотт, А. С. Пушкин (чей «Золотой петушок», кстати, написан по мотивам одной из легенд «Альгамбры»). Дар Ирвинга был гармоничным и светлым, какой была и сама его личность. Изящество, некоторое озорство, сдобренное изрядной толикой иронии в сочетании с неназидательной учёностью и природным здравым смыслом, — это сочетание лучше всего даёт представление о стиле его произведений. Оптимизм Ирвинга был отражением оптимизма нации.

Любопытно, что первый национальный писатель родился не в культурном центре, подобном Бостону или Филадельфии, а в Нью-Йорке, который быстро становился экономическим центром страны. Среди его жителей было не так уж много приверженцев изящных искусств – здесь ценились энергичные предприимчивые люди, знающие толк в коммерции, бизнесмены по натуре. Нью-Йорк того времени был как бы материализованным портретом юной нации, точно так же как отражением литературной «юности» народа стало творчество Вашингтона Ирвинга, который в течение пятидесяти лет восхищал и поучал американцев.  Начинающий писатель вместе с братом Уильямом выпустил альманах «Салмагунди», состоявший из забавных юмористических зарисовок нью-йоркской жизни. Здесь были новости театральной жизни, портреты известных людей, политические новости. Этот опыт сослужил Ирвингу хорошую службу, приучив его к ёмкому, сжатому изложению мыслей, привив умение отыскивать характерное в предмете изображения.  Нелицеприятные суждения о современниках облекались им в шутливую форму, тем самым смягчая возможную обиду – по природе Ирвинг был добросердечным человеком. Именно с тех пор жанр эссе стал излюбленной формой писателя, прибегавшего к нему в разные периоды жизни. Заняться исключительно литературой  он решил после огромного успеха «Истории Нью-Йорка», задуманной первоначально как сатира на некоторые псевдонаучные труды американских историков-педантов. Прибегнув к литературной мистификации, Ирвинг приписал текст некоему якобы исчезнувшему при таинственных обстоятельствах Дидриху Никербокеру и настолько преуспел в своём «розыгрыше», что городские власти даже предприняли усилия по отысканию этого учёного мужа. Обретя после выхода этой книги известность не только на родине, но и в Европе, Ирвинг отправляется в Старый Свет, где намеревался пробыть недолго, а задержался на целых семнадцать лет. Лучшие книги писателя были написаны там, вдали от родины, с которой он, впрочем, поддерживал тесные связи. Вдали от родных мест ему всё чаще вспоминались живописные долины Гудзона, уютные деревушки с трезвым, здравым укладом жизни, сочетавшимся с наивным тяготением их жителей к таинственным преданиям, мрачным легендам. В мае 1819 года в США была опубликована «Книга эскизов» — первая из цикла новелл и путевых зарисовок. Почти сразу же книга была издана в Англии, и её ошеломляющий успех даже напугал писателя, который в чрезмерной требовательности к себе считал , что вряд ли сможет создать что-нибудь лучшее. Особенно значительной и неожиданной показалась читателям новелла «Рип Ван Винкль»: писатель, казавшийся всем, прежде всего, талантливым юмористом, обладал, оказывается, также способностью трогать сердца, задевая в них самые чувствительные струны. В этой новелле, как в «Женихе-призраке», «Легенде о Сонной Лощине» и во многих других Ирвинг прибегнул к известному приёму – переработке старых, бытующих в мировой литературе сюжетов, что, однако, ни в коей мере не умаляет её оригинальности. Эта новелла, как и «Легенде о Сонной Лощине», американская и по духу и по реалиям. Можно сказать, что Ирвинг подарил американцам то, чего им более всего недоставало в сравнении со Старым Светом – поэтическую историю, указав на животворные корни народного фольклора.

 Взять произведения Вашингтона Ирвинга вы можете в отделе художественной литературы, ауд. 311, к. А.

 

Реклама