24 ноября – 300 лет со дня рождения английского писателя Лоренса Стерна

SterneКогда 1 января 1760 года в Лондоне поступили в продажу два первых томика «Жизни и мнений Тристрама Шенди, джентльмена», их автор, провинциальный пастор Лоренс Стерн, был совершенно не известен ни критике, ни читающей публике. Однако его сочинение произвело впечатление «литературной бомбы». Весь тираж был распродан в течение нескольких недель; приехав в Лондон, Стерн обнаружил, что стал знаменитостью. О «Тристраме» судили и рядили и в журналах, и в литературных кружках, и в великосветских гостиных. Стерн завязал дружеские связи среди художественной интеллигенции Лондона. Он коротко сошёлся с великим актёром Гарриком и известным живописцем Рейнольдсом, написавшим замечательный портрет писателя. Слава Стерна перекинулась и на континент Европы. Из Франции до него доходили лестные отзывы великих французских просветителей. Вольтер был так восхищён выразительностью гротескных образов братьев Шенди и доктора Слопа, что поставил Стерна-художника выше Рембрандта и Калло. В лице Стерна он приветствовал «второго английского Рабле» — определение, лестное вдвойне, так как первым английским Рабле для Вольтера был Свифт. И то же самое сравнение пришло в голову Дидро, едва он познакомился с первыми томами «Тристрама Шенди». «Эта книга, столь взбалмошная, столь мудрая и весёлая, — настоящий английский Рабле…— писал Дидро. – Это всеобщая сатира – иного понятия о ней дать невозможно».

Что же представлял собой Стерн? И чем объясняется сенсационный успех его романа, всколыхнувшего самые различные круги европейских читателей? Когда первые томики «Тристрама Шенди», которым предстояло произвести такой головокружительный переворот в жизни автора, увидели свет, Стерну было уже сорок семь лет, — из них двадцать два года он провёл в своём захолустном приходе в Йоркшире. Его жизнь, казалось, текла мерно и ровно, подчиняясь обычной рутине. Казалось бы, саттонский священник жил так же, как большинство его собратьев. Но под поверхностью этого прозаического однообразного существования текла другая, бурная и напряжённая духовная жизнь Стерна, полная интеллектуальных приключений, поисков и находок. Близость Йорка – в ту пору уже довольно большого, оживлённого города, центра северной Англии, — нередко давала возможность Стерну потолкаться на городских ассамблеях, поболтать с книгопродавцами, послушать новости об интригах и назначениях в церковных кругах. Именно здесь, в Йорке и его окрестностях, Стерн мог из года в год наблюдать прототипы всех тех кичливых невежд и завистников в поповских рясах, которых ему предстояло изобразить в «Тристраме Шенди». Произведение Стерна глубоко уходило своими корнями в почву реалистических традиций английской и мировой литературы. И вместе с тем оно представляло собой акт  открытого неповиновения традициям. Роман Стерна был похож и  демонстративно непохож на все романы, которые под разными наименованиями – «Жизни и удивительных приключений…», «Похождений…» или  «Истории…» такого-то героя или героини – предлагали читателям Дефо, Ричардсон, Фильдинг и Смоллет. Недаром и озаглавлен он был по-новому – «Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена»: это неожиданное словечко «мнения» уже возвещало новый оборот, который Стерн придал повествовательному жанру. Казалось бы, здесь было всё, что обычно присутствовало в английском просветительском романе, но, рассказывая о происхождении и воспитании героя, писатель начинает свой рассказ даже не с рождения, а с зачатия героя, тратит сотни страниц на то, чтобы описать его появление на свет и на протяжении девяти томов едва-едва может довести историю воспитания злополучного Тристрама до того времени, когда ему исполнилось пять лет. Есть в романе и любовная интрига, но, вместо того чтобы изобразить пылкую страсть юного героя, Стерн повествует о комических злоключениях его пожилого чудака-дяди, атакованного некой предприимчивой вдовой. В романе полагалось быть морали: прямо или косвенно автор старался внушить читателю здравые понятия о велениях разума и законах человеческой природы. «Мораль» по-своему есть и у Стерна. Но сколько коварного лукавства в «мнениях» Тристрама Шенди; как охотно противоречит автор самому себе, никогда не забывая об относительности всех людских представлений; и как легко ошибиться, приняв за чистую монету его иронию.

От «Тристрама Шенди» «отпочковалось» другое произведение Стерна, которому суждено было остаться незавершённым. Это было «Сентиментальное путешествие по Франции и Италии»; первые два тома, изданные в 1768 году, незадолго до смерти Стерна,  были посвящены Франции; итальянская часть не была написана. Этому произведению обязано своим названием одно из самых значительных течений в европейской литературе второй половины XVIII века – сентиментализм.

Познакомиться с творчеством Лоренса Стерна вы можете в отделе художественной литературы, ауд 311, к. А.

p style=»text-align:justify;»

Реклама