Источник: https://little-histories.org/2016/07/03/escudo_moscu/

Кремль называют центром земли русской, где срослись гигантомания Азии и основательность Европы. Даже в архитектурном плане главную столичную крепость вот уже почти пять веков считают воплощением всего русского. Многие полагают, что и форма кремлевского мерлона (зубца на стене), получившая за характерный раздвоенный конец прозвище «ласточкин хвост», является изобретением русских зодчих. Однако это не так. Зубчатую стену Московского Кремля, как и его башни, построили итальянские архитекторы, специально приглашенные для этих целей Иваном III.

1

Впрочем, при строительстве первого Московского Кремля в 1156 году ни о каких зубцах речи еще не шло. Тогда вообще никакой крепости не существовало, а была лишь небольшая усадьба боярина Кучки на том месте, где Неглинная впадает в Москву-реку. Захватив это имение, Юрий Долгорукий распорядился возвести на его участке крепость. Так на территории современного Кремля были построены первые дубовые укрепления общей протяжённостью около 850 метров и площадью около 3 га. Сам Кремль тоже был деревянным, вокруг него ров шириной 16—18 и глубиной 5 метров, а также земляной вал семи метров в высоту, укреплённый дубовыми брусьями. Впрочем, укрепленную часть города тогда называли не Кремль, а «кром», что больше подходит к деревянному терему, обнесённому деревянным же забором. Это была типичная средняя русская крепость, которая не раз сгорала в пожарах.

Кремль при Юрии Долгоруком

При князе Иване Калите Москва существенно расширилась, протяженность кремлёвских стен достигла 1,67 км. Иван Данилович оставил дубовую изгородь, но украсил Кремль несколькими каменными храмами. На самом высоком холме располагался княжеский терем.

Картина "Московский Кремль при Иване Калите". Художник А.Васнецов

Каменные стены периметром под два километра крепость получила уже при внуке Калиты — Дмитрии Донском. Он облёк в камень и сам деревянный детинец — так называли на Руси Кремль. В 1367 году со всей округи в Москву были приглашены мастера каменного дела. Они возвели большую крепость с известняковыми стенами толщиной 2−3 метра. Именно благодаря известняку в летописях Москву стали именовать «белокаменной». Белые стены стали символом величия города, вокруг которого впоследствии объединились все раздробленные мелкие княжества. Кстати, стены были не только величественны и красивы, но и прочны: дважды — в 1368 и 1370 годах — выстояли против осады войск литовского князя Ольгерда.

Картина "Кремль Дмитрия Донского". Художник А.Васнецов

И только при Иване III при строительстве нового Кремля стали использовать обожженный в печах кирпич из красной глины (так называемый Алевизов малый кирпич). Стену белокаменного Кремля постепенно разбирали и вместо нее ставили новую. Согласно летописям, стены и башни Кремля возводились в течение 10 лет (в 1485-1495 годах) под руководством четырех архитекторов: Антона Фрязина, Марко Фрязина, Петра Фрязина и Алевиза Фрязина Старого. Эти зодчие не были ни братьями, ни даже однофамильцами — просто в Московии в то время «фрягами» или «фрязинами» называли итальянцев (искажённое от «франк»). Так что под фамилией Фрязины значились Антонио Джиларди, Марко Руффо, Пьетро Антонио Солари и Алоизио да Каркано. Об этом, кстати, свидетельствует соответствующая табличка на Спасской башне. Перевод с латыни:

«В лето 6999 (1491 год) июля Божиею милостию сделана бысть сия стрельница повелением Иоанна Васильевича Государя и Самодержца всея Руси и Великого Князя Володимирского и Московского и Новгородского и Псковского и Тверского и Югорского и Вятского и Пермского и Болгарского и иных в 30 лето государства его, а делал Петр Антонио Солари от града Медиолана».

5

Нельзя забывать и о том, что Иван III был женат на дочери Морейского деспота (Мореей называлась бывшая часть Византийской империи, расположенная на Пелопоннесском полуострове) Софии Палеолог, и очевидно ощущал себя не только продолжателем традиций Византийской империи, но и в некотором смысле европейцем. А в Европе той поры лучшими зодчими считались именно итальянцы — вот им и доверено было возвести в Москве главную крепость страны, а заодно соборы Чудова и Вознесенского монастыря, церкви Иоанна Лествичника и Николы Гостунского, храм Иоанна Предтечи у Боровицких ворот и многие другие архитектурные шедевры, которые оказали определяющее влияние на дальнейшее развитие русского строительства. О полномочиях, данных Иваном III итальянскому архитектору Пьетро Солари, свидетельствует документ, якобы находящийся в Ватиканском архиве. В нем итальянский мастер сам себя называет «architectus generalis Moscovial» (главный архитектор Москвы). Впрочем, в Москве итальянец прожил недолго и умер в 1493 году.

Картина "Московский Кремль времен Ивана III"

Кремль строился очень основательно. Его кирпичные стены были снабжены с внутренней стороны широкими полуциркульными арочными нишами, что позволило при значительной толщине располагать в них бойницы подошвенного (нижнего) яруса боя. Предназначенные как для пушек, так и для ручного огнестрельного оружия, они резко повышали активность стрелковой обороны крепости. Снаружи стены имели высокий цоколь, завершающийся декоративным валиком. Вместо широких прямоугольных зубцов стены Московского Кремля теперь венчались двурогими зубцами. Сколько их было изначально – неизвестно, но сегодня стена «засижена» 1045-ю «ласточкиными хвостами» высотой 2–2,5 м и толщиной 65–70 см. Стрельба во время отражения осады велась либо через промежутки между зубцами, либо через узкие бойницы в самих зубцах. Как сами стены, так и боевые проходы на них покрывала деревянная кровля.

Кремлевский мерлон в форме "ласточкиного хвоста"

Так почему же, собственно, итальянские зодчие возвели вокруг московского Кремля крепостную стену именно с характерными двурогими мерлонами? 

Объясняется это просто: призванные в XV веке в Московию из далекой католической Италии архитекторы были потомками гибеллинов – приверженцев Священной Римской Империи. Дело в том, что, начиная с ХII века, в эпоху Генриха IV, Италия была раздираема кровопролитной войной между гибеллинами и гвельфами – сторонниками Папы Римского, опиравшимися на торговцев и ремесленников. Стороны были настолько непримиримы, что даже замки и крепости строили каждая на свой лад. Так, гвельфы предпочитали городить стены с квадратными или прямоугольными зубцами, что символизировало головной убор понтифика. Гибеллины, в свою очередь, возводили укрепления с раздвоенными на конце мерлонами – они символизировали двуглавого германского имперского орла Священной Римской империи.

Это тот самый герб, двуглавый орёл с которого, немного видоизменившись, с 1497 года стал сначала официальной печатью Ивана III, а с приходом Ивана IV Грозного — и официальным гербом Московского государства. Кстати, идея воплотить главный символ Священной Римской империи в архитектуре была не нова. За 200 лет противостояния между гвельфами и гибеллинами и те, и другие успели отстроить немало характерных для своего стиля зданий. Многие из них совершенно справедливо считаются если не прообразами, то уж точно более древними собратьями Московского Кремля. Более других похож на столичную крепость миланский замок Сфорцаякобы он даже служил своеобразным образцом при строительстве нашего Кремля.

Замок Сфорца и его "ласточкины хвосты"

Castello Sforzesco, возведение которого началось в 1368 году Галеаццо Висконти в качестве загородного дворца-крепости, символизирует собой всю многовековую историю Милана. Имя первого строителя этого замка неизвестно, однако считается, что он относился к кругу знаменитого Аристотеля Фьораванти, бежавшего от гнева римского папы в византийскую Русь. Много раз замок перестраивался, ему приходилось держать оборону не только от внешних врагов, но и от самих горожан. Однако благодаря итальянским архитекторам и реставраторам Сфорца и сегодня приводит в восторг своим величием. Не заметить «ласточкины хвосты» да и общее внешнее сходство башен замка с царским Кремлем, конечно, невозможно.

Остается заметить, что с момента постройки Московского Кремля зубцы в форме ласточкина хвоста стали символизировать российское государство и широко использовались в русской крепостной архитектуре. Например, в крепостях Китай-города и Новодевичьего монастыря. Следы таких зубцов также хорошо прослежи­ваются в кладке Набатной и «Воротной» башен Большого Бояршего города Ивангородской крепости. Остатки их нижних частей сохранились на баш­нях Тульского кремля. В хорошем состоянии двурогие зубцы существуют, нако­нец, и на башнях Коломны, Великого и Нижнего Новгорода, Зарайска, Смоленска. Вполне возможно, отечественных архитекторов привлекал некий тайный смысл, который заключался в этой форме, напоминающей, помимо прочего, и букву «М»

Реклама