Роман «Текст» современного российского писателя Дмитрия Глуховского был опубликован два года назад. За это, не слишком продолжительное для литературного произведения время, историю Ильи Горюнова, обычного парня из Подмосковья, перевели на 20 с лишним языков мира, воплотили на сцене Московского театра Ермоловой, а этой осенью – на широких экранах с блистательным Александром Петровым в главной роли.
«Память была – 128 гигабайт. Жизнь умещалась целиком, и еще оставалось место для музыки».
Глянцевая обложка могла бы обмануть ожидания доверчивого читателя, обещая легкомысленный роман об опасностях бездумной цифровизации всей жизни. У кого твой смартфон, вместилище всех возможных фактов о тебе, включая самые интимные, – тот ты и есть. Но сюжетная линия с «похищением личности» в этом многоплановом произведении по степени эмоционального воздействия оказывается вовсе не на первом плане. Недаром французская и немецкая пресса заговорила о современной версии «Преступления и наказания» — вечной классики с актуальным подтекстом.

Текст

Глуховский Д.

Студенту филфака МГУ Илье Горюнову молодой полицейский оперативник подбрасывает наркотики, чтобы наказать за строптивость. Отбыв семилетний срок, Илья хочет просто вернуться к нормальной жизни — но вместо этого примеряет на себя жизнь человека, который искалечил ему судьбу… «Текст» — это роман о сегодняшней Москве, о сегодняшней России, о каждом из нас. О нашем бесправии перед «органами», о нашей зависимости от мобильных, о мести и о прощении, о невозможной любви и несбыточных мечтах. Настоящий новый русский роман, которого не появлялось так давно. Всего через два года после выхода в свет «Текст» уже переведен более чем на 20 языков мира, французская и немецкая пресса сравнивают роман с «Преступлением и наказанием», в Московском театре Ермоловой по нему поставлен идущий с аншлагами спектакль — и вот теперь снят фильм с главными молодыми звездами российского кино. Событие, которое нельзя пропустить.

Размышления на тему «тварь я дрожащая или право имею?» четко прописаны в романе Глуховского между строк, несмотря на то, что Илья таким вопросом – по крайней мере буквально – не задается. В самом деле, аллюзия была бы, пожалуй, слишком топорной, — хотя могла гармонично вписаться в образ героя на взлетной полосе его жизни. Вполне благополучный парень, сын одинокой учительницы, начитанный и порядочный, — про таких говорят: вся жизнь впереди. Но спонтанный конфликт с человеком в погонах направляет его будущее совсем по другим рельсам. Будь Илья старше и настороженней, умей он просчитывать шаги и всюду ждать подвоха – мог бы отделаться малой кровью. Смолчать, проглотить, обменять свои принципы на благополучную жизнь.
В этом заключается одна из множества моральных дилемм романа, когда все, что ты знаешь в теории о человеческом достоинстве, входит в конфликт с реальностью. Серьезно, в какой вселенной защитить любимую девушку от негодяя – худшее из решений? И в следующий момент Илья, без пяти минут первокурсник и москвич, отправляется в места не столь отдаленные на долгие семь лет. Которые отсидит по полной – все по той же причине нежелания смалодушничать и пойти на уступки с собственной совестью. Все из того же горячего, максималистского желания оставаться человеком. Самое странное и страшное, что в описанном Глуховским жизненном контексте эта юношеская уверенность в том, что черное – это черное, а белое – белое, начинает казаться спорной. На примере одного «маленького человека», вновь из классики, автор будто бы проверяет на прочность все известные нам принципы: от божьих заповедей до школьных правил.
Несчастливая судьба или череда неправильных решений (или беспросветное «с волками жить – по волчьи выть») заставляют Илью спускаться все глубже в ад – одновременно вследствие его собственных поступков и помимо его воли. О какой справедливости пишут в книгах? Есть только предпосылки и последствия, все остальное – жалкие попытки утешения романтической натуры. Жизнь страшна и сурова, и ничего в ней не имеет значения, кроме выживания, которому, казалось бы, одному можно уступить все свои принципы. Или даже в патовых обстоятельствах Илья выберет что-то более важное, чем его собственная жизнь?
В качестве центральной метафоры в романе – воспоминание детства, в котором главный герой на спор с друзьями-мальчишками спускается на дно строительного котлована в поисках «сокровищ». А потом не может выбраться на поверхность: песок тянет его обратно, и чем больше усилий прилагает ребенок, тем сильнее выбивается из сил. Результат нулевой, а вокруг сгущается ночь, и свободные от бесстрастной ловушки друзья вот-вот бросят его одного на дне глубокой ямы.
«Удобная штука. Вот бы судьбу можно было так простраивать: в точку А вбить текущую позицию, в точку Б — к чему хотел бы прийти. И Яндекс тебе рассказывает — сначала пешком тысячу километров, потом поездами три года, потом два брака, трое детей, работать только вот тут и вот тут, по столько-то времени. Продолжительность пути — сорок пять лет, но есть альтернативный маршрут».
Дмитрий Глуховский создал «Текст», одновременно напоминающий ночной кошмар и будничные новостные сводки. Остросюжетный, остросоциальный, мрачный, дающий надежду и надежду отнимающий. Весь состоящий из мучительных парадоксов и нравственных дилемм. Человек в нем против системы, прошлое против будущего, борьба против смирения. Одиночество против любви. Смерть против жизни. Еще один отечественный классик говорил нам, что человек – это звучит гордо. Но не дай бог никому такого выбора, при котором «быть человеком» становится против просто «быть».